Присутність у мережах:
19:45 Понеділок, 20 лютого 2017 року
Новини та події

Коррупция в земельной сфере. Часть 4 и заключительная. Итоги и комментарии

25.02.2011 08:30 10286
 

Гран-прі ІІІ Національного конкурсу на кращі журналістські розслідування — отримав цикл статей про корупцію в земельній сфері «10 соток наглости», «2 гектара наглости», «100% наглости», «Цветы, овации, занавес... Коррупция в земельной сфере» Олександри ВЕСНИЧ, журналістки газети «Панорама» (Суми).

Олександра ВЕСНИЧ

За время каденции нынешнего депутатского корпуса мы стали свидетелями бесплатного выделения в собственность сотен земельных участков и целых улиц. Граждане с известными фамилиями получают землю быстро и безболезненно, в то время как другие горожане, обрабатывающие свои наделы не один десяток лет, безуспешно пытаются оформить право собственности. В этой части земельного расследования мы опросили чиновников и депутатов, непосредственно участвовавших в земельных схемах. Ожидалось, что они будут отрицать наличие коррупционных связей и своё участие в них. Однако под давлением фактов земельные менеджеры лишь подтвердили простую истину: земля в городе Сумы — предмет торга и заработка. 

Владимир ШИЛОВ, председатель земельной комиссии в 2006–2007 гг., БЮТ.

 r: К Вам было много претензий по торговле земельными участками? 
В.Ш.: Кто такое сказал — приведи мне того человека. Хотя бы один, с кого я получил копейку?! Поэтому я и ушёл с должности — меня не убрали. Я крайне самодостаточный человек, чтобы не размениваться на какие-то деньги. Моя совесть чиста. Что такое депутат? Это статист. У комиссии — рекомендательный характер работы. Нам приносят папки с градостроительным обоснованием — все документы собраны. Подписывают компетентнейшие люди. Они и несут ответственность. 

r: Как появлялись целые улицы? 
В.Ш.: Как обычно, люди искали участки сами. А как они сбивались в коллективы — мне это неинтересно. 

r: Вам предлагали деньги? 
В.Ш.: Нет, зато угрожали много. Те, кто угрожал, по сегодняшний день не получили землю. Почему не обратился в прокуратуру? Потому что попробуй доказать что-нибудь. Последствий не будет. У нас очень коррумпированная страна.

Юрий БРАТУШКА, председатель земельной комиссии в 2008–2009 гг., БЮТ:

Когда я пришёл на должность, столы были завалены делами: первая сессия, вторая сессия, граждане и т.д. Сейчас у нас всё горит в руках. Когда-то было время, что мы пришли — рассматривать нечего. Всё то, что было предоставлено управлением земресурсов на последней комиссии 15 сентября, было принято, кроме двух вопросов — нужны ещё какие-то заключения. Как происходит процесс выделения земли? Есть пять выводов — какие у меня основания не пропускать? Не могу же я оставить фамилию Иванова, а Забияку выбросить? 

r: А Ваша позиция как депутата? 
Ю.Б.: Получить могут все. Как глава комиссии, я должен руководствоваться чувствами или законом? А ты меня просишь руководствоваться чувствами.

r: Ул. М.Рыльского, где получил Забияка, — такой участок могут все получить? Центр города… 
Ю.Б.: Не скажу, что это шикарный район. Там проходит канализационная труба посередине. Давай так. Посмотрим, когда люди оформят акты, что там будет делаться. Там никто строить не начнёт. Что там будет — не знаю. Но я бы туда не пошёл.

r: Они будут продавать землю? 
Ю.Б.: Возможно. Или заключать договора суперфиции. Хотя вряд ли Забияка будет продавать… В его положении было бы стыдно зарабатывать. Надо строить. Поэтому может, и на жену взял. Я Владимиру Панченко одно время задавал вопрос: что там будет на Юбилейной? Многоэтажка? Он сказал — нет. Я не настолько наивен, чтобы верить всем словам. Может, через год-два у него поменяется мнение… 

r: Но простой человек не может взять участок? 
Ю.Б.: Ну, по М.Рыльского, может быть, так и случилось. 

r: По ул. Луначарского? 
Ю.Б.: Там нет ни одного депутата, хотя мне предлагали.

r: Там есть ваши однопартийцы — например, родственница Владимира ТОКАРЯ, председателя облсовета. 
Ю.Б.: Я делал анализ за всю нашу каденцию и посмотрел, что количество фамилий знакомых по отношению к фамилиям незнакомым — порядка 15%, не более. Поэтому, сказать, что выделяется только депутатам, нельзя. 

r: А как же подставные лица? 
Ю.Б.: Этого никто не докажет. 

r: Откуда все эти люди узнали о свободной земле? 
Ю.Б.: Все вопросы к разработчикам. Кто-то делает градостроительное обоснование, кто-то его заказывает. От землеустроительных фирм приходили градостроительные обоснования без фамилии заказчика, но согласованные, подписанные, и с пакетами документов. А потом каким-то образом там появляются люди. 

r: Получается, чтобы получить земельный участок, человеку нужно идти не в горсовет, а в частную фирму? 
Ю.Б.: Получается, да. Частные фирмы гораздо быстрее крутятся. Это бизнес. Они получают деньги за разработку и сами ищут себе клиентов. Уже есть некоторые подозрения, кто этим занимается. Они и раньше этим занимались, те же самые. Но если приходят такие документы без фамилии заказчика, это всегда вызывает интерес. 

r: Вам предлагают деньги за участки? 
Ю.Б.: Нет, мне предлагают участки. Землеустроители, разработчики предлагают. Деньги не предлагают. Они говорят: один участок — пожалуйста. Кандидатуру дайте.

Дмитрий СИДЕНКО, председатель земельной комиссии в 2007–2008 гг., БЮТ:

Всё очень просто. Схема, обрисованная в ваших предыдущих статьях, очень правильная. У каждой улицы есть свой куратор — человек, который задумывает её создание. Это может быть любой человек, у которого есть связи для решения этого вопроса. Так как вся информация сосредоточена либо в кадастре, либо в архитектуре, а кадастр от горсовета отсечён, то всегда всё сосредотачивалось в архитектуре. Единственный, без кого нельзя обойтись в этой схеме, — это главный архитектор. Без его подписи нельзя «разлинеить» улицу — без его подписи она не может появиться. Земресурсы при прошлом горсовете больше управляли этим процессом, а сейчас это в архитектуре. 

На стадии зарождения идеи есть поле в черте города — тут можно нарезать улицу. Человек идёт в архитектуру, берёт выкопировку, смотрит сети, любой землеустроитель её расчерчивает, согласно кадастру нарезает участки, потом просто присваивают адрес, заверяют у главного архитектора градостроительное обоснование — вопрос решён. 

r: Простой человек может так же поступить? 
Д.С.: Нет. Он просто не попадёт к главному архитектору с таким вопросом. Надо иметь тесные хорошие взаимоотношения с чиновниками — начальником земельного управления, главным архитектором либо с кем-либо из депутатов, который может иметь влияние на главного архитектора, заммэра и т.д. Круг достаточно широкий, куда входят все т.н. уважаемые люди. Это на тот момент, когда мы работали. Как сейчас — не знаю. Вы же видите, продуктивность сильно упала — фактически две-три улицы на Нахимова создали, не генерируют новых. Причины — раздробленный горсовет, продолжается деградация системы управления. Депутаты более-менее насытились землей, тяжело поднять их на голосование, только улица Луначарского проскользнула, как стрела, за счёт консолидированных усилий мэра, БЮТа, «Дозора», потому что все были завязаны в этом вопросе.

r: Какова была Ваша позиция как председателя? 
Д.С.: Когда ещё начал обсуждаться проект Дмитрия ЛУКЬЯНЦА, я сказал, что вариантом решения вопроса могло бы стать полное прекращение бесплатной выдачи земли. Потому что всё, что бесплатно, — это сразу коррупция. Бесплатно только на бумаге. Кто имеет доступ к подписи главного архитектора, к информации, тот и выигрывает. Ограниченный ресурс не может быть бесплатным — это аксиома. 
Моя принципиальная позиция касалась коммерческой земли. При мне фактически эти вопросы перестали проходить. Если при Шилове летели со скоростью звука… Из-за этого я и «сгорел». По ИЖБ позиция была более мягкая. Было достаточно сильное желание всего депутатского корпуса — каждому получить по участку. Фактически мы и работали над этим. Это не был один депутатский массив. Но так или иначе, депутаты обращались, узнавали через земресурсы, через архитектуру, что чертится где-то, потом приходили к нам. 

У меня в комиссии я сам лично этим не занимался, т.к. был загружен партийными вопросами. Этим занимались фактически три депутата: Андрей РЯБОКОНЬ отвечал за «Ночной Дозор», Юрий БРАТУШКА — за БЮТ, Алексей МОВЧАН — за Регионы. «Наша Украина» больше работала с Рябоконём, через него выражала свои интересы. Консолидированно они собирали массивы, приносили на комиссию, мне просто говорили: у нас готово, например ул. Белопольское шоссе. Выносим? Выносим! Фактически, почему потом Братушка и возглавил комиссию, потому что много информации было переходящей. Чтобы не утратить этот пласт информации, он и остался, продолжил начатое в другом формате, т.н. «чистой коммерции» в ИЖБ.

r: А какова была позиция Геннадия Минаева? 
Д.С.: Ему было очень выгодно втягивать депутатов в это «решалово». При образцово-показательном якобы блокировании этого «Ночным Дозором» мэр не заветировал ни одного решения. Может, это должно было стать компроматом. Он не сделал ни одного шага, чтобы препятствовать. На тот момент я не понимал такую позицию, а потом всё стало на свои места. 

r: Дальше земельные вопросы так и будут решать через схемы? 
Д.С.: Так оно и будет тянуться, как минимум, пока не придёт новый горсовет. Этот уже ничего не изменит. Всем удобно, получают свой кусок пирога, с каждой комиссии кто-то как-то кормится. Кто принципиально против — игнорирует эти моменты. Я не хожу на заседания вообще. Приехал на муниципальный заём, но толку всё равно мало было. Смысл, если считают без тебя? В зале 30 депутатов, оглашается 40. 

Проект Дмитрия Лукьянца — это не радикально. Если аукционы — то аукционы. Какая жеребьёвка? Льготник — это человек, который не может купить квартиру самостоятельно. Ты ему даёшь участок земли. Стоимость строительства дома ещё выше — 100–200 тыс. долл. В лучшем случае перепродаст. Если у горсовета есть земля, за которую готовы платить, зачем вообще рассматривать вопрос её бесплатного распределения? Мы могли сказать, что с точки зрения нашей громады, которая доверила нам власть, мы не раздаём бесплатно. Хотите бесплатно — идите в другую громаду. Через несколько лет земля просто закончится, и на этом поставят крест. 

r: Есть те, кто получил не по одному участку? 
Д.С.: Товарищ ПАНЧЕНКО (депутат фракции «Наша Украина», теперь — заммэра по партийной квоте). А больше таких открытых случаев я не знаю. А относительно того, что один депутат хлопотал больше, чем за один участок, это достаточно часто происходило. 

r: Вам предлагали деньги за участки? 
Д.С.: Мне предлагали деньги за участки. Не брал, потому что знал, что никакие суммы не оправдают моего сидения в тюрьме. Я не шёл в комиссию, чтобы зарабатывать. Цена участка колебалась… Если ул. Луначарсокого — 10 тыс. долларов за сотку, ул. Псельская — до 80 тыс. долл. за 10 соток. Окраина — 10–15 тыс. долларов за участок. 

r: Речь идёт о взятке, в свободной продаже они были ещё дороже? 
Д.С.: Это цена за участок при решении вопроса в горсовете. Половина реальной цены, 70%. Это было очень тонко, невзначай. Ко мне подходили и говорили: «Если решить этот вопрос, то можно заработать…» Депутаты не говорили, для кого это, — я не спрашивал. После нескольких таких предложений, когда я отказывался, мне перестали предлагать. Был один случай, когда мне позвонил депутат с жалобой на то, что я слишком много денег прошу с человека, которого я ни разу и не видел. Я попытался узнать, кто с него просил, но этот «комерс» (бизнесмен. — «r») был настолько перепуган… Я ему полчаса доказывал, что в комиссии не берут денег. Это был первый звонок для меня для ухода из комиссии, потому что я понял, что за моей спиной просто могут люди разыгрывать такие схемы. 

Николай ЧЕРНОТИЦКИЙ, председатель депутатской группы «Воля громады»: 

Наша группа ни разу не участвовала в голосованиях по индивидуальной жилищной застройке. Это было основным поводом отделиться от фракции «Ночной Дозор». Мы считаем, что это выделение не есть честным, этот процесс не прозрачен. Основой этого процесса являются деньги, которые кладутся в карманы отдельных депутатов. 

r: Вам известны конкретные фамилии? Почему не обращаетесь в прокуратуру? 
Н.Ч.: Доказательств нет. Не пойман — не вор. Мы стараемся противостоять законными, юридическими методами. Если есть нарушения по конкретным участкам — мы подаём в прокуратуру. По большому счёту, чтобы понимать, кто руководит процессом, достаточно посмотреть, кто председатель земельной комиссии в данный период времени. Этот человек является главным распределителем земельных участков в городе Сумы. 

Мы рассматривали два варианта выхода из ситуации. Либо полностью наложить мораторий на выделение земельных участков под ИЖБ, либо принять проект Дмитрия Лукьянца. Он хотя бы подразумевал, чтобы не менее 50% процентов выделялось на то, чтобы люди, способные купить землю, могли это сделать. Им не надо было бы давать взятки. Можно было официально вложить их в бюджет города на ремонт дорог, детсадов, школ. Остальные участки идут на жеребьёвку. Это был бы один из честных путей для людей по реализации своего права. Так как сейчас имеют такую возможность либо силовые структуры, судебная ветка власти, либо депутаты, их родственники. 

r: Вы выступали против выделения участков на ул. Луначарского, но землю всё равно выделили. 
Н.Ч.: Это на совести лично господина Братушки, который сфальсифицировал то голосование, — голосов реально не хватало. Депутат Чепик написал заявление в прокуратуру. Единственное нарушение, которое прокуратура выявила на данный момент, — это отсутствие общественного обсуждения. По остальному — чин чином. Мы будем обращаться в Генеральную прокуратуру. 

Андрей Рябоконь, заместитель мэра: 

Есть люди, которые кричат, что в Сумах нельзя получить землю. Есть те, которые хотят получить, но не хотят для этого ничего делать, — с неба ничего не свалится. Третьи вращаются вокруг депутатского корпуса, знают, что любой вопрос можно выбегать, пролоббировать, чтобы внесли, проголосовали, надо с тем, с тем поговорить. Поэтому человек, даже если нашёл какие-то участки земли, понимает, что сам он их не пробьёт. Поэтому из трёх-четырёх он два отдал на обеспечение голосования, два — оставил себе. Потом можно рассказывать сколько угодно о коррупционных схемах и т.д., но они сами предлагают. Депутаты не бегают, не ищут землю. Им приносят и говорят: вот, мы нашли. Это — вам. Это — нам. Нет вертолёта, на котором бы мафиози летали над городом и выбирали куски земли. Кто хочет получить, тот получит. Земля не затянута маскировочной сеткой, не занесена забором, на ней не стоит табу. В контейнерах тоже есть бутылки, их можно сдать и заработать деньги. Но для этого нужно их достать. 

Сейчас земля уже никому не интересна. Цена на землю упала, скоро выборы, слишком много земельных скандалов. Вот ул. Низовская — 30 участков стоит. Занимайтесь — кто угодно! Но надо градостроительное обоснование — 5 тыс. грн., справочки на всё — ещё пару тысяч, проект землеустроительный — 3 тыс. И все остальные «сопроводиловки»: платные генпланы и т.д. 10 тыс. грн. — оформление земучастка. 

r: Есть участки, которые перепродают? 
А.Р.: Лукьянец ввёл ограничение на продажу участков, но оно нивелируется из-за договора суперфиции — генеральной доверенности на земельный участок. Через нотариуса можно передать права собственности на земельный участок, заключить договор на 1 грн. Вспомни семью ДИКИХ — они всё, что выше Криничной, получали, меняли целевое назначение с садоводства на строительство и тут же продавали свои участки. Пойди посмотри — дома Дикого нет и не могло быть. 

По закону нельзя оформлять землю под садоводство в черте города. Сейчас Сергей ВИНТОНЯК ходит в прокуратуру и объясняет, почему на Юбилейной, 2е он господину Владимиру Панченко подписал заключение под садоводство. 

r: Позвольте напомнить, что гражданка Палиенко (тёща Андрея Рябоконя. — «r») также пыталась оформить землю под строительство и садоводство на ул. Замостянской. 
А.Р.: И сейчас пытается. Какая разница между Владимиром Панченко, жителями ул. Гамалея и гражданкой Палиенко?

r: Что Вы, как активный член депутатской комиссии, сделали, чтобы люди имели доступ к земле? 
А.Р.: На то время — ничего. Я был молодой и не понимал всего происходящего. Я, Алексей Мовчан, Ирина Шапошник — мы были при всех главах. Мы приходили на комиссию, особо не понимая, что земля что-то стоит. Это потом начали в газетах писать… Сейчас, когда вопрос по ИЖБ выносится на комиссию, спрашивают: «Чьё это?» Иногда говорят. Иногда говорят: «Увидите!» При Шилове я ничего не знал. С Сиденко мы были дружны, и я уже знал, что и как. 

Кусочек земельного счастья

Действия земельных дельцов достаточно прогнозируемы. Чтобы предположить, в какой части города появится их новая вотчина, достаточно внимательно посмотреть на карту города и поискать «серые» куски, где пока ничего нет. Затем нужно найти ближайшую улицу — и всё: продолжайте её — проекты решений практически готовы. Если свободную площадь уже нельзя найти в непосредственной близости к водоёму, можно начинать осваивать менее приглядные территории. Представляем вашему вниманию улицы, созданные за каденцию нынешнего депутатского корпуса, и некоторых владельцев новых участков.Мы уверены, что каждая из этих улиц, каждый переулок заслуживают отдельного расследования с логичными вопросами: как они попали в решения сессии? Кто их нашёл? Кто эти люди, которым досталась земля? Журналисты «r» будут продолжать работать над этой информацией, и на наших страницах будет рассказана ещё не одна земельная история.

закрити

Не пропусти
наступну новину!



Я вже з вами, дякую!